«Я так рада, что у меня теперь есть крыша над головой»: как петербурженка помогла бездомной пенсионерке обрести кров

Наталье было 64 года, когда она почти ослепла. У неё не было ни дома, ни детей, ни семьи. 20 лет назад единственный брат выгнал её из отчего дома и навсегда вычеркнул из жизни. Когда умерла её подопечная, которую Наталья досматривала по старости в обмен на кров, она поняла, что идти ей больше некуда. Ухаживать за стариками приживалица не могла, так как сама нуждалась в помощи. Что делать? – вопрос.

Наталья Кожемякина – женщина с непростой судьбой – рассказала «Городскому репортёру» свою историю. А также о том, кто протянул ей руку помощи в самую трудную минуту и не оставил в беде.

Досматривала стариков

«Я дважды была замужем, но с детьми у нас не получалось. Разошлись. 18 лет отработала на Роствертоле, потом двенадцать лет – на обувной фабрике, а на пенсию ушла с почты», – рассказывает собеседница, трудовой стаж работы которой насчитывает порядка сорока лет.

В советское время ровесники Натальи получали квартиры от государства, а она почему-то нет. А потом и не накопила. После выхода на заслуженный отдых поняла, что покой ей только снится. Возраст даёт о себе знать, а крошечной пенсии хватало теперь только на еду, а на съемный угол –увы.

Недолго думая, Наталья отправилась в небольшой городок на востоке Ростовской области – Сальск. Там скиталица в обмен на кров стала ухаживать за пожилой женщиной. Прошло три года, и старушка умерла. Сын почившей дал Наталье несколько дней на освобождение помещения.

На похоронах пенсионерка была печальна. Она не знала, что делать и куда идти. Наталья поделилась своим горем со старой знакомой покойницы – Галиной. В маленьком городке слухи о людях разлетаются мгновенно. О том, что Наталья – женщина порядочная, мирная и чужого не возьмёт – Галине уже рассказали. Жила 70-летняя женщина одна и нуждалась в помощи по хозяйству. «А пойдём ко мне жить!», – предложила Галина, молниеносно приняв решение. Многострадальная пенсионерка не могла и мечтать, что вопрос с жильём решится так быстро.

Дом у Галины был большой, благоустроенный. Дочка с зятем приехали из Северной столицы и помогли с ремонтом. Подворье имелось. Огород. С точки зрения быта всё было хорошо.

«Вот только характер у матери был крутой, властный. Готовить еду и следить за домом она никогда не любила. Всё делали мы с сестрой, братом, папой и бабушкой. Единственная страсть у неё была – это покомандовать», – рассказывает Елена о близком человеке, но сквозь слова прорывается старая детская обида. Ее детство прошло в бесконечной работе, а за невыполнение домашних дел в ход шла собачья цепь — жестокая замена обычному ремню.

С годами «крутизна» характера Галины смягчилась. А Наталья подчиняться была не прочь: делала, что требовала хозяйка, да и всё. Характер у неё был не склочный, покладистый и смиренный. Ровно такой, какой был нужен для комфортного проживания с привыкшей властвовать женщиной.

Старушки жили и не тужили. Коротали пенсионные деньки. А через шесть лет Галины не стало. Наталья испугалась больше прежнего: «Снова погонят наследники. А куда идти? Ведь ослепла почти».

Приехавшие из Петербурга дочери покойной, Елена и Татьяна, позволили женщине остаться в доме до их официального вступления в права наследования. Эти шесть месяцев были даны Наталье на поиски нового крова. Но она словно застыла в растерянности, не в силах осознать своё положение и предпринять хоть какие-то шаги.

Елена была искренне благодарна Наталье за то, что та облегчила последние годы жизни её матери. Отношения между Галиной и дочерью всегда оставались, мягко говоря, натянутыми: Елена уехала из дома ещё девчонкой и за последующие двадцать лет бывала здесь лишь редкими наездами. Однажды она всё же попыталась забрать мать к себе, но пагубная привычка пенсионерки, от которой та не желала избавляться, превратила жизнь семьи с маленькими детьми в сущий кошмар. Сёстры понимали: Наталья оказала им неоценимую услугу, взяв на себя заботу об их матери и избавив её от одинокой старости.

Штурмовала все инстанции

Елена не хотела оставлять женщину на улице и попросила пожилую родственницу приютить Наталью на время. Ещё довольно бодрая пенсионерка отправилась на заработки на море, а когда вернулась, не узнала свой дом. Полуслепая женщина не могла достойно блюсти порядок и «подзапустила» некогда кристально чистый «дом-музей» благодетельницы.

«Лена, надо что-то делать. Наталья больше не может у меня оставаться. Мне сына надо из больницы забирать, да и внучка не приезжает в гости – комната её занята», – как бы извиняясь сообщила родственница Елене, которая находилась за две тысячи километров от Сальска.

Ровно в тот момент, когда Елена с сестрой позволили Наталье остаться в доме их покойной матери, возникла какая-то ответственность за судьбу этой одинокой и беззащитной женщины и чёткое понимание, что сама Наталья вряд ли сможет о себе позаботиться.

«Честно говоря, я даже подумала купить для неё небольшой домик или квартиру. Но ведь она почти не видит. Как она будет газ зажигать? Это будет опасно не только для Натальи, но и для окружающих», – вспоминает Елена свои переживания за судьбу совершенно постороннего человека. Они с Натальей впервые увиделись на похоронах Галины. Но почему-то желание помочь не оставляло её.

«Ну, кому-то же она нужна? Не может быть такого, чтобы бездомный остался на улице. У нас даже о кошках и собаках заботятся. Неужели человека оставят в беде?», – накатило на Елену размышление о том, что надо делать в таких ситуациях.

Будучи бойцом по натуре, она начала штурмовать все инстанции Сальска. Казалось, что всё бесполезно. Словно стучишь в закрытую дверь безо всякой надежды на то, что её откроют.

«А может они и действительно не могли помочь, ведь Наталья всю жизнь была прописана в доме брата, в Ростове», – подумала Елена после недели результатных звонков и написала на сайт письмо-обращение в Департамент социальной защиты г. Ростова-на-Дону.

Риелтор с 20-летним стажем, женщина знала, как оформлять такие письма. В Петербурге она поднаторела в общении с государственными структурами и знала, что любое обращение должно быть подтверждено письменно.

Дело было в пятницу вечером, а во вторник уже позвонили из департамента. Оксана Маслова, главный специалист ведомства, рассказала, что они выезжали по месту жительства Натальи. Брат дверь не открыл. Зато соседи сообщили, что не живёт там женщина очень давно.

А в конце следующей недели скиталица уже попивала чай в светлой столовой дома престарелых, куда её определили.

Елена же, находясь за две тысячи километров от Ростова, выдохнула. Словно поставлена жирная точка в этой тяготящей совесть и душу истории. Это был своего рода возврат долга женщине, сделавшей за неё то, на что у неё самой не хватило сил — ради матери, такой суровой и всё же бесконечно любимой.

«Бутерброды с красной икрой»

С Натальей мы встретились. Я спросила её, что привезти в качестве гостинца.

«Шоколадку с орехами и изюмом. У меня конфеты есть. Апельсины дают, яблоки. Привезите, пожалуйста, бананы и мандарины. Но если это дорого, то ничего не надо», – скромно отвечает совсем не избалованная горемыка.

Встретились. Женщина проста. От неё веет добротой и оптимизмом. Несмотря на возраст – 65 лет, – выглядит героиня довольно моложаво. С такими людьми всегда комфортно и легко. Любому. Они, как пластилин, приспособятся даже к самому привередливому.

«Я здесь уже полгода и так рада, что у меня теперь есть крыша над головой. А какой Новый год нам организовали! У меня такого праздника никогда в жизни не было. И концерт, и танцы, и угощения, и бутерброды с красной икрой. У нас здесь свой хор есть, но со слухом у меня не очень. В комнате мы вдвоём живём. С соседкой дружим. У неё судьба ещё хуже моей», – делится Наталья.

Пока прощались, подошла Нина – та самая соседка и подруга. Она взяла Наталью под руку, и они неспешно пошли прогуливаться по парку, в звонком щебете которого находится приют для стариков. Видимо, они выстрадали свой покой.

– А фотографию мне можно на память? — попросила напоследок Наталья.

– Конечно. Увидимся.