Испания: кризис и все прилегающее…

0
0

В Испании опаздывают все. И люди, и транспорт, и, кажется, сами стрелки часов. Иначе как объяснить то, что ежедневный поезд с неменяющимся расписанием стабильно выезжает в разное время?! Он может выехать на час раньше, на час позже, а может и не выехать вовсе: время здесь — главная загадка, понятия «время» и «логика» в этой стране несовместимы.

Всего лишь полчаса

Не могу забыть один из дней, когда я провела в ожидании отправления поезда не пять, а тридцать минут. Волнение, написанное на моем лице, не вязалось со спокойствием рядом сидящих испанцев. «Мы не едем?,- спрашиваю я у соседки по вагону, — Не знаю, — с жизнерадостной улыбкой отвечает испанка. Спустя еще десять минут мой страх опоздать в университет плавно перетекает в гнев, и я выхожу из поезда, решительно держась за ручку своего ненадежного товарища на колесах, и спрашиваю у полицейского в чем дело, сколько еще водитель намерен отдыхать, на что полицейский спокойно отвечает: „Так сегодня же митинг, поезда не ходят“.

 

Вспышка. Абсурд. В голове каша. Не знаю, что бы предпринял в этом случае мой читатель, но я побежала к автобусной остановке, вспомнив все самые интересные междометия на испанском, искренне не понимая, почему нельзя предупредить об этом заранее. Опоздав на лекцию на полчаса, я влетаю в аудиторию, задыхаясь и оправдываясь перед преподавателем, на что он улыбаясь, говорит: „Да ничего страшного, это всего лишь полчаса“. Теперь же, задыхаясь от всего этого идиотского спокойствия, я спрашиваю: „А на работу здесь часто опаздывают?“, — на что он опять же улыбаясь, говорит: „Claro, es solo mediahora (Конечно, это же всего лишь полчаса)“. Оставшийся час лекции я прикидывала, как бы мне улыбался начальник в России, опаздывай я каждый день на полчаса — час. А представив всю эту ситуацию в Германии, я едва сдержала смех.

Спокойствие и оптимизм — стиль жизни испанцев. Разорвись бомба на их глазах, выйди море из берегов, они произнесут свою любимую фразу „No pasa nada“ (Ничего страшного, ничего не случилось — пер. автора). Кажись, именно благодаря тому, что эти люди так берегут свои нервы, они живут долго: старики в 80–90 лет катаются на велосипедах, ходят на дискотеки, в кино, следят за здоровьем и радуются жизни.

Думаю, всем известно и то, что рабочий перерыв в Испании длится три — четыре часа, здесь это называется сиестой. И это при том, что трудовой график не сильно разнится с нашим. Сначала я возмущалась невозможности попасть в магазин, офис, кино в три часа дня, но потом подумала, как же гармонично оказались сплетены трудовые традиции со стилем жизни людей — неторопливостью, леностью, вальяжностью. Неудивительно, что в этой стране такой кризис…

Не могу не упомянуть о реакции испанцев на женский пол, тут важно подчеркнуть — особенной реакции. Такое впечатление, что улицы предназначены для того, чтобы по ним ходили девушки, а по углам их разглядывали дедушки. Последнее особенно неприятно для носителей кавказского менталитета, так как у нас между молодежью и старшими могут быть только лишь уважительные — „сел-встал“ — отношения, там же — чтобы хорошенько разглядеть девушку, мужчины выходят из кафе, машин, офисов, и все эти возгласы, аплодисменты, подмигивания служащих, рабочих, водителей, охранников, поваров, докторов и да, даже полицейских, вызывают одно желание — не выходить из дома.

О кнутах и пряниках

Что меня более всего расстраивает в Испании — проблема „отцов и детей“. Далеко не у каждого семейного человека (даже спустя десять лет) есть дети, а уж если у вас двое детей, вы будете выглядеть героем. Кроме того, права ребенка здесь — отдельная тема для обсуждений.

Вы не имеете права запрещать своему чаду что-либо, повышать голос или, не дай Бог, влепить подзатыльник — уже через 5 минут вы будете мило общаться с полицейскими — общество не позволит вам плохо обращаться с вашим ребенком. Потому каждая моя поездка в общественном транспорте есть пытка: невоспитанность детей — проблема большинства испанских семей, их дети могут биться головой об стену, кататься по полу в общественном месте, громко кричать, петь, драться, ломать что-то — родитель не сделает даже замечания, а, может, вы и вовсе не поймете, кто из рядом сидящих людей его родитель.

Однако оправдания, связанные со статусом „неприкосновенности“ детей, не видятся мне барьером в воспитании — необязательно орудовать одним кнутом, пряник никто не отменял, нас ведь как-то воспитывали. Очень хорошо помню фразу, бытовавшую в Советском Союзе — „Воспитан, как абхаз“, и все это имело место в отсутствии автомобилей, компьютеров, мобильных телефонов… Например, мое счастливое детство было наполнено „золотыми“, „изумрудными“, „сапфировыми“, „жемчужными“ сборниками сказок, а не айфонами, айпэдами, PSP. хотя чего сетовать, — и ценности в то время были совсем другими.
 Но несмотря на всю свою нерасторопность, непунктуальность, безалаберность, испанцы — очень отзывчивый и теплый народ. Они очень дружелюбны, милы, вежливы, всегда откликнутся и помогут в любой ситуации.

Если б я могла помочь…

Именно поэтому трудно сдержать слезы, когда видишь, в каком положении оказались эти люди. Мне часто приходится наблюдать митинги, забастовки, людей с табличками на коленях: „Принимаем еду“.

В ежедневных новостях я наблюдала одну и ту же картину: очереди на автовокзалах, толпы людей, уезжающих на заработки в Германию и Францию. Оставляя свои семьи, не зная языков, они уезжают в другую страну, чтобы не оставить голодными своих детей.

Зарплаты в Испании опустились ниже прожиточного минимума, пособие по безработице платят не более полугода, двухкомнатную квартиру на Юге уже можно купить за миллион рублей, и это при том, что коммунальные платежи и цены на обучение, достигли небывалой высоты. Кстати, большим открытием для меня стало то, что транзитные трассы (Auto Via) в Испании платные. В Германии, для сравнения, путешествуя из города в город по автобану, ты не платишь за пользование дорогой, а бедные испанцы вынуждены тратиться и на это.

Каждый день, прогуливаясь по городу, ты встречаешь безработицу с извиняющейся улыбкой: это улыбаются испанцы, ведь они до последнего верят и не теряют надежду, а тебе в голову приходит лишь одна мысль „если бы я могла помочь хоть чем-то“…

Зачем румынам мой паспорт?

На фоне жесточайшего кризиса полицейские в Испании зарабатывают прилично, и, соответственно, очень ценят свою работу, не халтурят. Именно в этой стране я впервые столкнулась с секретной полицией. Как-то в поезде, по дороге из университета, я по обыкновению была занята домашним заданием, рядом со мной сидел незнакомый парень и напротив — молодая пара, увлеченно обсуждающая личные вопросы.

Спустя двадцать минут эта пара попросила мои документы, я же, растерявшись от неожиданности, забыла попросить их удостоверения, и отдала свой паспорт. Незнакомцы, одетые „по гражданке“, переписали номер моего паспорта, поблагодарили и направились в другой вагон.

Рядом сидевший молодой человек посмотрел на меня удивленно и спросил:" а почему ты не потребовала их документы?» , -Забыла, — виновато умолкла я. «Сразу видно, иностранка. Они угадали», — засмеялся он,- В следующий раз спрашивай, а то так могут и румыны, и марокканцы попасться, потом беги за своим паспортом».

— А зачем румынам мой паспорт? -, не поняла я.

— В карты играть,- расхохотался мой спутник. Они здесь занимаются не самыми хорошими делами, и твой паспорт им бы очень пригодился. Кстати, из какой ты страны?,- пытаясь принять серьезный вид, спросил мой сосед.

— Из России,- нахмурившись сказала я, придвинув к себе тетрадь с книжками, — после неожиданных полицейских и смутного повествования о румынах я помрачнела и не захотела продолжать разговор с очередным незнакомцем, тем более рассказывать о столь личном и родном — моей Абхазии.

— Правда? А я как раз сейчас русский учу, если честно, как испанцу мне очень многое непонятно, — оживился говорун, развернув ко мне блокнот, все время лежавший на его коленях, и все время незамеченный мною.

Там вовсю спрягался глагол «говорить».

— Можно один вопрос? Что значит «мягкий знак», я не пойму?

Не сумев сдежать улыбки, я постаралась перевести остаток знаний выпускницы журфака в нечто удобоваримое и понятное иностранцу.

— Понял. А «твердый знак»?, — не успокаивался он.

Здесь я уже не сдержала смеха. Второе объяснение далось ему легче.

— Давно живешь в Испании?, — спросил любопытный собеседник.

— Я не живу здесь, а учусь, второй месяц, — улыбнулась я.

— Второй месяц? Значит, ты лингвист? Нельзя так хорошо говорить на второй месяц.

— И не лингвист. Журналист. Но у вас тоже хорошо получается спрягать русские глаголы, — засмеялась я.

— И я не лингвист, я врач. А языки — это хобби. Где именно в России ты живешь?,- замигал испанец ярко голубыми глазами.

— Я живу на две страны,- смягчилась я, — в Ростове-на-Дону — на юге России, и в маленьком соседнем государстве, которое вы вряд ли знаете…

— Каком? — бросил вызов храбрец.

— Абхазия.

— Не все испанцы такие деревянные, как ты думаешь, — обиделся мой испанский  друг. Знаю, что у вас была война, но не помню с кем, с Россией?, — вновь оживился он.

— Нет, с Грузией, — пропела я привычное аве иностранцу.

— А какие у вас отношения с Россией? Дружба или ненависть? — внимательно посмотрел он.

 

Сейчас уже меня рассмешила категоричность испанского врача, но не дождавшись ответа, он сказал:" Извини, сейчас моя остановка, я должен выходить. Меня зовут Диего, вот мой номер,- он выдернул лист из многострадального блокнота,- я был бы рад выпить с тобой кофе и узнать побольше об Абхазии…»

P. S. Совсем забыла сказать о замечательной штуке на испанских дорогах — белых ограничителях — метках на обочинах дорог, вызывающих состояние сильной вибрации внутри машины, если вы, например, уснете и выедете за «поля» дороги… У нас такого я пока не встречала…
 

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ