Президент Владимир Путин подписал закон «О поддержке развития технологий искусственного интеллекта». Документ вступает в силу с 1 сентября 2026 года, а некоторые нормы — с 1 марта 2027 года. Он впервые на законодательном уровне закрепляет, что такое ИИ и большие фундаментальные модели, распределяет роли властей и устанавливает правила игры для разработчиков. Разбираемся в деталях вместе с экспертами.
Что теперь официально считается ИИ и «большой фундаментальной моделью»?
Закон вводит базовые понятия. Под ИИ понимается технология, способная решать интеллектуальные задачи, сопоставимые с человеческими. А «большая фундаментальная модель» — это программа на основе ИИ, которая содержит не менее 1 млрд параметров. Именно на такие модели, а не на все ИИ-решения, распространяются основные требования закона. Для остальных продуктов правила будут мягче.
Кто будет управлять развитием ИИ в стране?
Закон распределяет полномочия: Президент утверждает национальную стратегию развития ИИ, Правительство координирует работу, определяет меры господдержки и устанавливает случаи, когда разрешено применять только российские модели.
Что такое «суверенная» и «национальная» модели ИИ и в чём разница?
Это ключевое нововведение. Обе модели разрабатываются российскими юрлицами, их данные хранятся в России, и обе проходят проверку на соответствие законодательству и традиционным ценностям. Разница в локализации:
Суверенная модель: полностью отечественная — весь цикл, включая обучение, находится в России, используются только российские компоненты. Пример — GigaChat от Сбера.
Национальная модель: допускает использование зарубежных компонентов с открытой лицензией. Пример — YandexGPT.
С 1 марта 2027 года Правительство определит случаи, когда работать разрешат только на этих моделях. Для систем, которые уже действуют к этой дате и хранят данные в России, дадут отсрочку до 1 сентября 2032 года.
Маркировка ИИ-контента станет обязательной?
Нет, маркировка будет добровольной. Закон не обязывает авторов маркировать контент, созданный нейросетями. Однако владельцы крупных платформ (с аудиторией более 500 тыс. пользователей в сутки) обязаны предоставить пользователям техническую возможность для такой маркировки. Как именно это будет реализовано, решат сами сервисы совместно с пользователями. «Предоставление пользователям инструмента для маркировки ИИ-контента — это шаг к цифровой прозрачности и укреплению доверия в онлайн-среде», — пояснили в аппарате вице-премьера Дмитрия Григоренко.
Как новый закон регулирует авторские права на контент, созданный ИИ?
Закон вносит ясность в вопрос об обучении нейросетей на чужих произведениях. Обучение ИИ на книгах, картинах и других объектах авторского права не считается нарушением, если доступ к ним был получен законно и не было взлома технической защиты. При этом владельцы ИИ-сервисов обязаны чётко объяснять пользователям, кому принадлежат права на сгенерированный контент и как его можно использовать.
Однако у экспертов есть вопросы. Управляющий партнёр юридической компании «Правый берег» Радмила Радзивил считает, что принятый документ «фактически легализует сбор информации для обучения нейросетей без явного согласия авторов, что лишает правообладателей механизмов защиты». Цифровой юрист Борис Герасин добавляет, что механизм защиты персональных данных в законе не прописан: «он полностью отдан на усмотрение подзаконных актов».
Можно ли патентовать разработки с использованием ИИ?
Да, и это уже активно делают. На Петербургском международном экономическом форуме руководитель Роспатента Юрий Зубов заявил, что искусственный интеллект — это лишь инструмент, а правообладателем может быть только человек, который поставил задачу, организовал процесс создания решения и внёс творческий вклад в конечный результат. За последние шесть лет в России зарегистрировано около 1,5 тыс. таких патентов, а только за последние полтора года их число выросло более чем на 50%.
Кроме того, в июле 2026 года Госдума приняла закон о патентной охране ИТ-разработок, который легализует патентную охрану для алгоритмов, нейросетей и виртуальных интерфейсов. Он кардинально меняет Гражданский кодекс: теперь объектами патентного права могут стать настроенные ИИ-агенты, игровое имущество, а также элементы VR/AR-вселенных. По словам председателя РЦИС Андрея Кричевского, эта норма позволяет защищать не только статичные и анимированные интерфейсы, но и широкий спектр цифровых объектов — от геймдев-ассетов до элементов виртуальных вселенных.
Как закон регулирует доступ детей к ИИ-платформам?
Напрямую закон об ИИ этого не касается, но параллельно в Госдуме уже разработан законопроект о регулировании использования ИИ в образовании. Председатель комитета Госдумы по труду и соцполитике Ярослав Нилов предлагает разрешить учащимся пользоваться верифицированными системами ИИ только через единую государственную информационную систему (ГИС) Минпросвещения. Это обеспечит педагогический контроль и защиту персональных данных. По мнению Нилова, без таких норм дети используют нейросети бесконтрольно, «с огромным потоком дезинформации и полным отсутствием культуры их применения».
В каком статусе будут иностранные ИИ-платформы в России?
Прямого запрета на их использование закон не вводит. Он предоставляет Правительству право определить случаи, когда применение иностранных моделей будет ограничено, например, в государственных информационных системах или отдельных регулируемых сферах. По мнению экспертов, на работу зарубежных компаний новый закон почти не повлияет. Однако разработчики, создающие национальные модели, смогут получить доступ к государственным данным и мерам поддержки, что создаст для них конкурентное преимущество. «Крупные игроки — Сбер, Яндекс, Тинькофф, Газпром — получат структурное преимущество», — отмечает генеральный директор ООО «Альянс Перспективных Технологий» Ильдар Саттаров.
Как будут верифицировать данные, используемые российскими ИИ для ответов?
Этот вопрос остаётся открытым. Закон разрешает использовать государственные данные для обучения моделей, но процедура верификации потребует серьёзной доработки. По словам экспертов, доступ к госданным будет даваться только после одобрения ФСТЭК и ФСБ, что может занять до полугода. При этом сами данные «нужно паспортизировать, очищать, обезличивать, проверять на актуальность и качество разметки».
Параллельно Верховный Суд России инициировал проверку судебных дел, связанных с использованием ИИ, чтобы оценить, обладают ли суды инструментарием для верификации сгенерированных данных и не создают ли технологии угрозу для объективности решений.
Что нужно знать о внедрении ИИ в цифровые продукты с точки зрения закона?
Закон об ИИ рамочный, но он даёт старт регулированию. Для бизнеса важно следующее:
Для тестирования инноваций с 2026 года действуют экспериментальные правовые режимы (ЭПР), срок которых увеличен до 5 лет. Это позволяет отрабатывать новые технологии в упрощённом порядке, без жёсткого соблюдения всех общих норм.
Закон приняли. А что дальше? ИИ — угроза или инструмент?
Закон вступит в силу с 1 сентября 2026 года. Но он лишь задаёт рамки — большинство конкретных норм ещё предстоит прописать в подзаконных актах. И главный вопрос для бизнеса, творцов и обычных пользователей остаётся открытым: ИИ — это угроза, которую нужно контролировать, или инструмент, который можно использовать во благо?
Закон отвечает: и то, и другое. Он разрешает обучать нейросети на книгах и картинах (в рамках закона), но требует от владельцев сервисов объяснять, как использовать сгенерированный контент. Он не запрещает иностранные платформы, но создаёт условия для развития отечественных моделей. Он не вводит жёсткую маркировку, но даёт пользователям возможность её ставить.
И это только начало. Впереди — подзаконные акты, судебные практики и, возможно, новые законы. Но первый шаг к тому, чтобы жить с ИИ не по принципу «как Бог на душу положит», а по понятным для всех правилам — уже сделан.
Было интересно? Хотите быть в курсе самых интересных событий в Ростове-на-Дону? Подписывайтесь на наши страницы в ВКонтакте и канал в ЯндексДзен и Telegram.
Вы можете сообщить нам свои новости или прислать фотографии и видео событий, очевидцами которых стали, на электронную почту.
