Ростов-на-Дону в прошедшие выходные погрузился в киноискусство: в городе впервые прошел Всемирный фестиваль уличного кино. Пока на площади около Публичной библиотеки собирались люди, основатель и идейный вдохновитель фестиваля Александр Щеряков неспешно, с водой и шоколадкой, рассказывал «Городскому репортеру» о себе, фестивале и киноискусстве в целом.

— Александр, как появилась идея создать такой фестиваль?

— Мы с нашей командой много лет путешествовали по всему миру, были на разных больших событиях, в том числе и на кинофестивалях — Каннском и Венецианском. И нам захотелось создать свой фестиваль. Конечно, масштабных планов не было, но было четкое понимание, что если делать, то делать как-нибудь не так. Хотелось что-нибудь такое, чтобы сразу выделиться. И — понеслось.

— И чем ваш фестиваль отличается от других?

— Мы все изучили и поняли, что будь то сочинский «Кинотавр», или Московский международный кинофестиваль, или Канны — это всегда одна и та же история. Это одна локация, и тебе нужно туда лететь, платить деньги за авиаперелет, за аккредитацию. Статусное жюри в итоге в запретной комнате выбирает победителя.

А ты тратишь большие деньги на всю эту историю, но никакого чувства сопричастности не испытываешь.

Никакой возможности реально принимать решение — не имеешь. Ты приезжаешь, смотришь кино, делаешь селфи на фоне красной дорожки, фоткаешь где-то вдали звезд и едешь домой хвастаться, что ты где-то там побывал.

Мы решили сделать все наоборот. Решили, что будем делать фестиваль, который был бы ориентирован на широкого зрителя, в котором принципиально не было бы статусного жюри, в котором тебе не нужно было куда-то ехать за тридевять земель, платить за это деньги: фестиваль сам к тебе приезжает. Фестиваль, который проходит под открытым небом: все бесплатно, все максимально демократично.

— А как происходит сам отбор фильмов, какие критерии учитываются?

— Первые два года я отбирал все сам. Это большая проблема. Я никому об этом не говорил, но сейчас уже, за давностью лет, можно.

На сегодняшний момент, конечно же, у нас отбирают фильмы киношколы, сотрудничающие с нами, из разных городов страны. Эксперты дистанционно отсматривают фильмы, через определенную систему их рейтингуют.

Критерии самые простые: это просто должно быть хорошее кино с режиссурой, операторской работой, монтажем, светом, актерской игрой и свежей идеей.

Мы, кстати, обращаем внимание, насколько молод режиссер. Это не принципиальное условие, но мы стараемся отбирать фильмы, которые сняты начинающими авторами, потому что короткий метр — это в принципе творчество начинающих авторов.

— Почему вы решили сконцентрироваться именно на молодых авторах?

— Если у тебя есть деньги и статус, то ты сразу снимаешь 2 часа для кинотеатра. А когда ты только-только начинаешь, у тебя ничего нет. Нужно экспериментировать. Поэтому снимают пятиминутки. Но эти пятиминутки никак не окупаются. Нет в России возможности окупить короткий метр. Его не показывают в кинотеатрах. Многие вообще не считают это за кино.

Поэтому наша история о том, чтобы помочь показать себя рынку.

И в принципе, продюсеры, зрители видят, талантлив ли автор. Если да, то начинаются какие-либо предложения. Так мы стараемся наш фестиваль превращать в кадровый лифт для молодых талантливых ребят. И это уже не вкусовщина. Ты можешь с этим соглашаться, можешь нет, это неважно. Потому что тысячи зрителей по всей стране говорят сейчас, что он молодец.

Просто возьми, дай ему денег, и он реализуется, как это и случилось с Алексеем Нужным. Этот молодой автор победил у нас со своей короткометражкой «Петух» и спустя время прогремел на всю страну уже с полнометражным фильмом «Я худею».

//фото предоставлено организаторами Всемирного фестиваля уличного кино

— Хорошо, ну а как проходили первые фестивали, какая команда над ним работает?

— Изначально это была чистая авантюра. У нас не было ни средств, ни возможностей. Мы поехали от Владивостока до Москвы с массовыми показами. Вроде бы так масштабно, но на самом деле все-таки это больше самодеятельность. Делалось все как-то так, за 2 копейки.

И нашим экраном зачастую был просто белый баннер, натянутый на тросы между деревьями, трясущийся на ветру, шипящие колонки и домашний проектор, на котором ничего не видно. Чего только не было. Но при этом публика все равно принимала нас на ура и ей был даже какой-то особый кайф, что вот так вот все плохенько происходит.

Потому что это делалось от души, и было видно, что реально ребята все это делают так, как они могут.

Только сейчас появились люди, компании, которые понемножку спонсируют, например, компания Tele2. А так — более 1000 человек по всей стране помогают нам в реализации фестиваля. Кто-то поможет с техникой, кто-то найдет площадку. Когда мы выехали в Европу, столкнулись со сложностями в языках. Нам одни ребята переводили с одного языка, другие с другого. Все это добровольно, мы никому не платили. Просто собрались люди, объединенные любовью к кино и идеей фестиваля. Мы их замотивировали, направили, проконтролировали.

— А каким образом все-таки удалось выйти на мировой уровень?

— В первый год мы проделали большую работу. Отсмотрел 617 фильмов, объездили 15 городов России, выявили победителя. Засветились, всех удивили. И на этом все должно было закончиться. Нам хотелось покорить страну с этим кинофестивалем, мы это сделали.

Но так получилось, что проект фестиваля лег на стол бывшему генеральному секретарю ООН Пан Ги Муну в начале 2015 года. И он сказал: «Вы — офигенные, что это вы ездите только по России? Давайте-ка приезжайте к нам, в Европу, тоже, покажите свое кино».

Сейчас я понимаю: он, может, брякнул — и все, а для нас это было явлением свыше.

Главный человек в ООН такое говорит! И, естественно, мы захотели приехать. Так начался следующий челендж. История, которая заставляла нас каждый день вставать и что-то делать. И мы начали готовиться.

— Есть разница между кинофестивалем в Европе и в России?

— Совершенно точно фестиваль в Европе — это не одно и то же, что фестиваль в России. Другие регламенты по составлению мероприятий, другие взаимодействия с местными администрациями, разные законы.

Мы должны были написать письмо на имя мэра города Варшавы, причем на польском языке. При этом письмо должно было быть написано в определенной стилистике. Кроме того, нам нужен был контент, причем не российский.

Если бы мы зашли в Европу с русским кино, это бы смахивало на какую-то пропаганду.

Поэтому программу тоже составили международную. Вышли на киноакадемии от Португалии до Черногории, переводили фильмы, смотрели, рейтинговали. Разными правдами и неправдами мы собрали десятку лучших работ, снятых за 2015 год. Договорились с 47 городами от Владивостока до Лиссабона. Но, как ни странно, победил все равно русский фильм того самого Алексея Нужного «Петух». Вот самый живой пример роста и реализации.

— На ваш взгляд, все-таки какое короткометражное кино лучше: зарубежное или российское?

— Я верю в российский кинематограф. Те ребята, чьи работы мы показываем, совершенно точно станут великанами кино. Мы так формируем подборку, чтобы там были все плюсы и минусы современного короткометражного кино за последний год. По этим фильмам можете понять ситуацию кинематографа вообще.

Если вам что-то сегодня не понравится, это мы так придумали, это такая хитрость.

Ну, а если сравнивать, то, конечно, американский короткий метр хороший, лучше, чем наш. А вот европейский метр очень странный, на любителя.

— Если вернуться в Россию и к сегодняшнему фестивалю: есть ли наиболее понравившиеся вам площадки?

— Конечно, есть. В этом году в городе Краснодаре — парк Галицкого. Очень крутое место, которое нужно оживлять. Важно понимать, что в парке Галицкого до нашего фестиваля подобные мероприятия не проводились вообще. Но эта живая активность очень нужна.

Дальше вспоминаются Набережные Челны и 8 тыс. человек. В Казани очень хороший такой, красивый показ на поляне случился. Мы собрали 1,5 тыс. человек.

Я очень люблю, когда нашей площадкой становится просто поляна или пляж, крыша дома. Ты приходишь со своим пледиком, приносишь горячий чай в термосе. В этом есть определенная романтика.

Не могу оставить без внимания Санкт-Петербург, Петропавловская крепость. Там было тоже огромное количество людей.

— Как проходит юбилейный год фестиваля?

— У нас уже 2 мировых рекорда, 67 стран. Сейчас в честь юбилея мы решили вернуться на Родину: в этом году — только Россия.

Но это 1000 городов по всей стране. Реально, в 1000 городов провели показы фестиваля! Это дикое количество. Если вот ткнете пальцем на карту, то, скорее всего, мы там уже показывали кино этим летом.

В этой тысяче много маленьких городов, где 70 бабушек посмотрело в центре своего города кино. Но это тоже важно. Для них это возможность увидеть современную культуру, современное кино молодых авторов, которые точно станут новым поколением российского кино.

В этом году мы вышли на определенный такой этап, когда нас впервые региональная власть стала воспринимать более серьезно. Началась дружба.

Мэры разных городов России массово записывают видеообращения в поддержку, приходят на площадки. Это очень радует.

– Что фестиваль уличного кино ждет в будущем?

— В ближайшем будущем мы хотим превратиться в по-настоящему серьезное индустриальное мероприятие. В этом году мы все-таки еще шапито в некотором смысле, больше про зрителей, про популяризацию короткого метра. Индустрия нас пока еще не совсем серьезно воспринимает.

Но мы планируем выйти на новый уровень.

Человек должен понимать, что, уходя от нас, он поднимается на ступеньку выше.

Мы хотим, чтобы эти молодые авторы, впоследствии став настоящими мэтрами, могли потом в «Википедии» с гордостью написать: «Мне помогли вот эти вот ребята».


Было интересно? Хотите быть в курсе самых интересных событий в Ростове-на-Дону? Подписывайтесь на наши страницы в Facebook, Instagram и ВКонтакте и канал в ЯндексДзен и Telegram.

Вы можете сообщить нам свои новости или прислать фотографии и видео событий, очевидцами которых стали, на электронную почту.